В доме проснулись мухи, бабочка, даже комар,
Долго топлю — теплее становится, но не жар.
Смотрю на руки на теле как на странный предмет:
Это на самом деле? Легче поверить, что нет.Белое нечто летит за запотевшим стеклом,
Там вечереет и снег, здесь я шуршу стилом,
Мухи сдурели и тупо ищут лето зимой,
Я не могу им помочь, кто бы помог мне самой.Смотри на этот свет,
Танцуй его сто лет,
Тебя при этом нет —
Все бред.
Контрастный жар и кадр
На белой простыне —
Все только дэнс макабр
Во сне.Многим владею — вот, например, прекрасный скелет.
Хочешь — лежи, балдея, хочешь — танцуй балет,
В шкафу со скелетом разные органы чувств и грусть,
Крыльев, похоже, нет. Проём меж лопаток пуст.Ценная вещь — тело — нужен за ним уход:
Кутать в теплое белое, класть еду ему в рот,
Выгуливать в лесопарке, по снегу гонять босиком,
Парить и ставить припарки, спаривать с мужиком.Мне бы поплакать — впрочем, от этого толку нет.
Эти пустые очи не источают свет,
Дал мне Господь так много, что обижаться грех
Смотрю на свои ноги — и разбирает смех.Ну для чего на планете эти сгустки тепла?
В воине и поэте снова мои тела,
Что это за вожжи гонят меня в круговые пути?
Господи мой, Боже, как бы к тебе прийти…Смотри на этот свет,
Танцуй его сто лет,
Тебя при этом нет —
Все бред.
Контрастный жар и кадр
На неба простыне —
Все только дэнс макабр
Во сне.