В королевстве, где все тихо и складно,
Где ни войн, ни катаклизмов, ни бурь,
Появился дикий вепрь аграмадный,
То ли буйвол, то ли бык, то ли тур…
Там король страдал желудком и астмой,
Только кашлем сильный страх наводил,
А тем временем зверюга ужасный
Коих ел, а коих в лес волочил…
И король тотчас издал три декрета:
Зверя надо одолеть, наконец,
Вот кто отважится на это, на это,
Тот принцессу поведет под венец…
А в отчаявшемся том государстве
Как войдешь, так прямо наискосок
В бесшабашной жил тоске и гусарстве
Бывший лучший королевский стрелок.
На полу лежали люди и шкуры,
Пили меды, пели песни и тут
Протрубили во дворе трубадуры,
Хвать стрелка, и во дворец волокут…
И король ему прокашлял: «Не буду
Я читать тебе морали, юнец,
Вот если завтра победишь чуду-юду,
Так принцессу поведешь под венец».
А стрелок: «Да это что энто за награда?!
Мне бы выкатить портвейну бадью…
А принцессу мне и даром не надо —
Чуду-юду я и так победю…»
А король: «Возьмешь принцессу, и точка!
А не то тебе — раз-два — и в тюрьму,
Ведь это все же королевская дочка!»
А стрелок: «Ну, хоть убей, не возьму».
И пока король с ним так препирался,
Съел уже почти всех женщин и кур
И возле самого дворца ошивался
Этот самый то ли бык, то ли тур…
Делать нечего — портвейн он отспорил,
Чуду-юду уложил и убег.
Вот так принцессу с королем опозорил
Бывший лучший, но опальный стрелок